З
а
г
р
у
з
к
а
.
.
.
ДНЕВНИК ВЫЖИВШЕГО ТОМ III
Gyutaro G
2 Декабря 2025 год 07:35:22
ДНЕВНИК ВЫЖИВШЕГО. ТОМ III.

Найден в тоннеле между станциями "Академическая" и "Профсоюзная" Московского метрополитена.

Запись №1. Том III. (Условно: Спуск)

Они не пустили меня к шахте. Пулеметная очередь над головой — единственный аргумент, который здесь понимают. Солдат в химзащите даже не смотрел на меня. Просто предупредил. Мы отползли назад, в наш подвал-библиотеку. Бессилие жжет изнутри хуже радиации.

Спускаться в метро было решением Светы. Она первая заметила, что все, кто хоть как-то держатся, исчезают в этих подземных входах. "Наверху — смерть. Внизу... может быть, тоже. Но там есть люди".

Спускались на "Академическую" через аварийный выход. Темнота была абсолютной, пахло сыростью, мочой и дымом. Фонарь выхватывал из мрака скелеты эскалаторов, завалы из обломков и... следы жизни. Коптилки, обрывки тканей, кострища на мраморе.

И тут на нас наткнулся дозор. Не солдаты, а такие же, как мы. В промасленных куртках, с самодельными щитами и монтировками. Осветили фонарями, спросили: "Свои? Чужие?". Я сказал, что свои, с Урала, ищем место. Один, парнишка лет семнадцати, усмехнулся: "Ну, место тут есть. Только выбирай — к Красным или к Немцам?"

Оказалось, мы на нейтральной перемычке. "Красные" — бывшие военные, госслужащие, силовики. Держат "Красную линию" — от "Октябрьской" до "Киевской". "Немцы" — не настоящие, конечно. Так прозвали тех, кто с западных окраин, кто выжил в первых ударах и принес с собой европейские трофеи, языки и порядки. Их зона — "Филевская линия", "Кунцевская".

А между ними — "Академическая". Ничья земля. Ученые, инженеры, врачи, которые прятались в НИИ на Калужской. Они не вояки. Они — мозг. И за это их терпят обе стороны. Потому что "Красные" и "Немцы" воюют не только за консервы, но и за технологии, за знания, за то, кто будет восстанавливать мир. Академики — приз.

Запись №18. (Условно: Две недели под землей)

Нас приняли. Не с распростертыми объятиями, но дали угол в техническом помещении за машинным залом. Дед Михаил нашел общий язык со старыми инженерами-энергетиками. Они вдвоем что-то чертят на стенах сажей — схему восстановления энергоснабжения от геотермальных источников.

Ира работает в лазарете. Раненые есть всегда. Столкновения на станциях "Ленинский проспект" и "Профсоюзная" — дело обычное. "Красные" ходят в атаку под советскими марши, которые гремят из динамиков. "Немцы" — короткими, точными вылазками. Их оружие лучше.

Меня определили в группу обмена. Мы ходим на нейтральные переговоры, меняем соль и антибиотики на аккумуляторы и патроны. Я видел их обоих лидеров. У "Красных" — бывший полковник ФСБ, Громов. Жесткий, холодный, говорит о "Великой России, восставшей из пепла". У "Немцев" — человек по кличке "Барон", говорят, бывший ученый из Дубны. Интеллигентный, в очках со сбитой линзой, но глаза... Глаза фанатика. Он мечтает о "Новой Ганзе", технократическом государстве.

Оба смотрят на "Академическую" как на кладезь. Ученые здесь смогли запустить гидропонные теплицы, фильтры для воды, делают порох. Они — ключ к победе.

Запись №42. (Условно: Месяц под землей)

Началось. "Красные" предложили "Академической" "полное покровительство". По сути — аннексию. Ученые отказались. Тогда "Немцы" прислали ультиматум: "Присоединяйтесь к нам, или мы лишим вас энергии". Они контролируют подстанцию на "Фили".

Мы в осаде. Свечи экономим. Дышим паром от геотермальных источников. Академики в отчаянии. Они не хотят служить ни тем, ни другим. Они хотят восстанавливать мир.

Сегодня ночью я подошел к главному здесь, старому физику Ярославу Сергеевичу. Спросил: "Почему не попробовать договориться с "Кремлем-2"? С теми, наверху?"

Он горько усмехнулся: "Они — причина, Алексей. Они — те, кто нажал кнопку. Громов и Барон — лишь гримасы на лице того, что они сотворили. Обращаться к ним — все равно что просить у чумы защиты от насморка".

Понял. Мы не между двух огней. Мы — в эпицентре гражданской войны, которая стала логичным продолжением мировой. Те, кто внизу, воюют за обломки. Те, кто наверху, в "Кремле-2" — просто наблюдают, как их детище доживает свой век.

Запись №59. (Условно: Последняя черта)

"Красные" пошли на штурм. Не напрямую, а через тоннели. Бой шел шесть часов. Мы, нестроевики, подносили патроны, таскали раненых. Дед Михаил с инженерами активировал старую систему осушения тоннелей — затопили подходы. Атаку отбили.

Но мы потеряли Свету. Она пошла в разведку и не вернулась. Нашли ее у разветвления тоннелей. Пуля, точная, с дальнего расстояния. "Немецкая" работа. Возможно, приняли за лазутчика "Красных". Она так и не заговорила. И умерла молча.

Я больше не могу вести этот дневник как хронику. Это — обвинительный акт. Миру, который сгорел. Людям, которые продолжают убивать в его пепле.

Завтра Ярослав Сергеевич попытается совершить невозможное. Собрать совет. "Красных", "Немцев" и нас. Говорит, у него есть план. План по восстановлению энергосети для всего центрального сектора метро. Но для этого нужно перемирие. Хотя бы на время.

Я не верю. Но идти некуда. Мы зашли слишком далеко. Этот дневник... я спрячу в нише за кабельным каналом. Если кто-то найдет... Пусть знает. Война не закончилась с последней ракетой. Она ушла под землю. И стала еще страшнее.

Дальше страницы вырваны, никто не узнает о его смерти. Последний Апостол мертв.
  • Просмотров 36
    • Коментирование доступно с 20 уровня.
    Комментарии 0